В Якутске начался II Съезд Союза общин КМНС РС(Я)

Март 10, 2017 • Alena GerasimovaНовости

На съезде принимают участие 63 делегата из 20 районов республики.

В первый день работы съезда состоялся  диалог делегатов с представителями органов государственной  власти. Весь рабочий день был разделен по определенным темам, в том числе обсуждались актуальные вопросы по социальной поддержке коренных малочисленных народов Севера, вопросы развития образования, детского отдыха, проблемы здравоохранения, охотничьего и рыболовного промысла, устойчивого развития оленеводства и т.д.

Один из основных вопросов, который обсуждался сегодня – правовая коллизия определения статуса родовых кочевых общин. По данным Управления Минюста РФ по Якутии официально на учёте состоит 161 кочевая родовая община. Однако на учёте в Пенсионном фонде состоит 267 родовых общин, по данным налоговой службы – 239, по данным Росреестра – 297. Сегодня сами главы родовых общин не могут определится с правовым статусом – СХПК, СПК (КРО) (сельскохозяйственный кооператив кочевая родовая община), просто КРО? Некоммерческие организации, например, не имеют права получать гранты на развитие производства потому, что они не являются товаропроизводителями, землепользователями. Поэтому не секрет что часто одна община имеет три лица, как СХПК, как община, которая сохраняет традиционный уклад жизни и, как коммерческая организация. Сегодня родовые общины получают финансирование наравне с МУП, ГУП, СХПК только на оплату труда, на развитие — нет. Методика оплаты труда в оленеводстве не учитывает традиционный образ жизни кочевых семей. Родовые общины не получают имущественную поддержку для своего возрождения, сохранения и развития уклада жизни и языка, культуры КМНС – основной цели организации родовых общин.

Ольга Мурашко, эксперт Государственной думы РФ по вопросам КМНС, г. Москва:

«Мне кажется, исторически родовые общины с одной стороны — это структуры самоуправления как написано в законе об общинах, с другой стороны, их основная задача – поддержание традиционного образа жизни и жизнеобеспечения внутри этого коллектива, который объединился в общину. Они могут получать доходы от продажи производимой ими продукции, как это было заложено изначально. Но путать и перекладывать на них функции сельхозпроизводителей, мне кажется, это ведет к большим последствиям. На сельхозпроизводителя накладывается много обязательств, в том числе налоговые. На родовую общину такие обязательства, во всяком случае, ранее не накладывались, но теперь, как показывает практика, уже начинает распространяться, хотя изначально у них были налоговые льготы. Мне кажется, эта путаница возникла, где-то начиная с 2004 года, в период существования Министерства регионального развития РФ, когда люди были вынуждены к названию «родовая община» присовокуплять какие названия как МУП, ОО и т.п. Они в этом не виноваты, т.к. были вынуждены вписаться в эту систему государственной поддержки. Сейчас возникают вопросы, есть ли смысл в сегодняшних реалиях оставаться родовыми общинами, но все равно они же существуют! Например, в маленьких отдаленных поселках в 200 человек вместе с детьми и пожилыми людьми. Там родовая община является организующей и производственный цикл, и самоуправление на этих территориях необходимы для выживания. Надо разделить понятия производящие и непроизводящие отрасли. Скотоводство всегда было производящей отраслью, а все остальные – охота, рыболовство, они считаются не производящими отраслями, они используются как природные ресурсы для жизнеобеспечения. И пока они используются для жизнеобеспечения населения, они не наносят урон природе. Поэтому родовые общины должны обладать всеми возможными льготами, налоговыми я имею ввиду, и в каких-то случаях пользоваться специальными программами поддержки. Потому что даже в царское время такие небольшие поселения поддерживало правительство. Например, на Дальнем Востоке, в Охотско-Камчатском крае старосты считали, сколько рыбы заготовлено. И если на одного человека заготовлено меньше 300 штук рыбин, то государство готовилось к мероприятиям по борьбе с голодом. Это и была та самая государственная поддержка общин, которые жили на самообеспечении. А если у них заготавливалось больше рыбы, то тогда они могли ее продать. Сейчас такая идет зарегулированность этих процессов, что, наверное, это поле уже нужно расчищать».

Вместе с тем, положение общин продолжает усугубляться в связи с отсутствием координации их деятельности, гарантированного права на пользование земельными участками для ведения традиционной хозяйственной деятельности, целевой государственной программы, изъятием их земель под промышленную разработку месторождений, нехваткой квалифицированных кадров и т.д.

Диана Кириллина, молодой оленевод, представитель родовой кочевой общины «Хендэл» (Дрозд), с. Себян-Кюель, Кобяйский улус, считает, что основа оленеводства – это кочевые семьи, но их с каждым годом становится меньше. «Нужна государственная поддержка кочевой семьи. Например, начинающим фермерам дают гранты для развития, почему бы и молодые кочевые семьи не поддержать такими программами. А чтобы молодежь шла в оленеводство, нужно стимулировать их, давать им достойную зарплату».

Вторит ей представитель старшего поколения Афанасий Степанов, учредитель территориально-соседской родовой общины «Нергэт», с. Себян-Кюель, Кобяйский улус: «Нынешняя молодежь не желает идти в оленеводство, утрачиваются традиции ведения оленеводства, стала меньше кочевых семей. На правительственном уровне нужно поддерживать такие кочевые семьи, а промышленные компании, которые ведут свою деятельность на землях коренных народов, должны делать отчисления напрямую для поддержки кочующих семей, давать дополнительные выплаты молодым оленеводам и конечно, нам нужно готовить свои кадры для оленеводства. Надо повысить престиж профессии оленевода, облегчить его труд, обеспечить материально-технической базой, внедрять новые технологии. Оленевода надо заинтересовать в конечном итоге производства, он должен знать, что работает для развития своей общины, для улучшения своего благосостояния. Сегодня на Западе есть интерес к продукции оленеводства, а мы пока ничего предложить не можем, потому что не развиваемся, а выживаем. От съезда я очень многого не ожидаю, но здесь мы узнаем новую информацию, вернемся домой, доведем до сведения наше население, будем дальше работать».

10 марта, съезд продолжает свою работу. В Доме правительства идет пленарное заседание, выборы правления и председателя Союза общин КМНС РС(Я).

В республике оленеводством занимаются 88 общин, промысловой охотой – 217 общин, рыболовством – 170 общин.

 

Источник: Ассоциация КМНС Республики Саха (Якутия)

Share..